Гусеница находит большой вкусный лист, но узнаёт, что он служит крышей для домика Божьей коровки. Вместе соседки находят способ разделить лист так, чтобы у одной остался обед, а у другой — надёжное укрытие.
— Вот он! — выдохнула Гусеница и вытянулась во всю свою зелёную длину. На краю тихого сада, где клевер переходил в луг, лежал большой лист: широкий, упругий, с зубчатыми краями. От него пахло так свежо, что у Гусеницы сразу заурчало внутри. Она мечтала съесть именно такой лист с самого утра.
Гусеница подползла ближе и заметила на листе круглую росинку. В росинке, словно в маленьком стеклянном шарике, отражались стебли травы и её собственная любопытная мордочка. Гусеница осторожно обогнула росинку, выбрала самый сочный край и уже раскрыла рот.
Но лист чуть дрогнул. Из-под его загнутого края высунулась красная спинка в чёрных точках. Потом появилась сама божья коровка. За ней виднелся её пятнистый домик: сухая травинка была прижата к земле, а сверху её укрывал этот самый большой лист.
— Пожалуйста, не ешь крышу сразу, — сказала божья коровка. — Я только устроилась. Здесь росинка не капает мне на спину, а утром солнце быстро согревает траву. Гусеница застыла. Ей стало тесно и досадно, будто вкусный лист уже лежал у неё во рту, а его вдруг убрали. Но красную соседку она тоже увидела хорошо: та прижалась к своему домику и не сердилось, а просто ждала ответа.
— Я не хотела тебя пугать, — сказала Гусеница. — Просто этот лист самый вкусный на всём лугу. Я долго ползла по жёстким стеблям и нашла его сама. Мне очень хочется откусить хотя бы кусочек. Она чуть не добавила: «Он мой», — но вовремя замолчала.
Гусеница знала один способ, который выручал её, когда от спешки путались мысли: сначала не тянуться к делу, а рассмотреть его. Она медленно проползла вдоль прожилки от одного края листа до другого. Слева лист был чистый и толстый. Справа, под загнутым краем, стоял домик божьей коровки. А посередине тянулась крепкая светлая жилка, ровная, как дорожка.
— Смотри, — сказала Гусеница. — Лист больше, чем мне показалось. Если я буду есть только левую сторону и не трону жилку, твоя крыша останется. — Но моя крыша станет маленькой, — честно ответила божья коровка. Она расправила крылышки и поглядела на соседние растения. — Зато вон там есть ещё один лист, поменьше, но он наклонён к земле. Под ним можно сделать второе укрытие.
Божья коровка перелетела на соседний лист, осмотрела его снизу и вернулась. — Там сухо, — сообщила она. — Я перенесу туда травинку из домика. А здесь мне хватит правой половины, пока я устраиваюсь. Гусеница посмотрела на листовую жилку. Ей всё ещё хотелось съесть и левую, и правую сторону, и самый край возле росинки. Но тогда божьей коровке пришлось бы искать жильё без крыши.
— Договорились, — сказала Гусеница. — Левая половина будет моим угощением. Правая останется тебе. Я начну с самого дальнего края, чтобы лист не дёргался над домиком. Она не стала торопиться. Каждый раз, добравшись до жилки, Гусеница останавливалась и сворачивала влево. На зелёной половине появлялись аккуратные полукруглые выемки, а правая оставалась целой.
Божья коровка тем временем перенесла в соседний лист две сухие травинки и спрятала под ними свой пятнистый домик. Потом она вернулась проверить старое место. Большая росинка всё ещё блестела у края, а листовая жилка держала правую половину ровно. — Отличная крыша на время, — сказала она. — И отличное угощение, — ответила Гусеница, прожёвывая сочный кусочек.
Когда на левой стороне остался только тонкий зелёный ободок, Гусеница остановилась сама. Она была сыта. Божья коровка сидела на своей половине листа, а рядом уже ждало новое укрытие. Никто не отнял у другого нужное: одна получила еду, другая — крышу и запасной дом.
Перед уходом божья коровка коснулась усиками края листа. — Хорошо, что ты сначала сказала, чего хочешь. — Хорошо, что ты сказала, зачем тебе лист, — ответила Гусеница. Росинка скатилась в траву, а две половинки большого листа ещё долго зеленели рядом на тихом лугу.